Fanfiction world.Yaoi-het-yuri is love
Ориджиналы | Фото вампира
Сообщения:
Miyuki-chan [0]
13.06.2010 13:34
Фото вампира
Автор: Wolfiana
Фэндом: Ориджиналы
Рейтинг: PG-13
Жанры: Повседневность, Мистика, Романтика, Слэш (яой), Вампиры
Размер: Мини, 13 страниц
Кол-во частей: 4
Статус: закончен
Описание:
Одна встреча в роковую ночь может изменить всю жизнь.
Посвящение:
Багодарю всех, кто регулярно дает мне пинка, чтобы не ленился.
Публикация на других ресурсах:
Только с разрешения автора
Глава 1.

«Промок насквозь...» — с досадой подумал я и оглянулся по сторонам в поисках хоть какого-нибудь укрытия. Мокрая одежда облепила тело, с волос стекали струи воды. Надо признать, разглядеть что-то в размытой ливнем ночной мгле было весьма трудно. Хотя, постойте-ка... В правой стороне какое-то здание. «Если не пустят по-хорошему, буду выбивать дверь» — принял я, мягко говоря, антисоциальное решение, но мне было все равно. Я рванул в сторону, где заметил свое спасение. Кроссовки, наполненные водой, противно хлюпали, и подошвы постоянно скользили на мокрой траве, и я прилагал все усилия, чтобы не упасть в какую-нибудь лужу с разбега. Молния слепила, гром эхом отзывался в самом нутре. «Почти, почти добежал...» — я приблизился к заброшенному храму. — «Откуда храм в поле?» — мелькнула мысль, которая тут же забылась, потом что было не до нее: я навалился на тяжелые двери, и те, с жутким скрипом петель, открылись. Я зашел внутрь и двери с тем же скрипом и глухим стуком захлопнулись.
Я огляделся. Внутри храм был потрясающе красив. В стекла огромных разноцветных витражей с изображениями ангелов бился дождь, отчаянно пытаясь пробить эту красоту. Как будто демон, желающий уничтожить хрупкого небесного жителя...Своды храма были настолько высокими, что терялись где-то в темноте. Хрустальные люстры действующими не были, потому рассматривать все вокруг мне помогало мягкое и пугливое сияние свечей. «Свечей? Значит, храм не такой уж и заброшенный...» — я огляделся по сторонам, но вокруг никого не было, только ряды пустых деревянных скамей. Белые стены покрыты ликами святых. На подиуме возвышалась кафедра священника, покрытая красным бархатом и окруженная двумя напольными подсвечниками. Мое воображение невольно представило службу. Вот папа помогает людям словом своим избавиться от проблем, раскаяться, разбить оковы... Весь зал заполнен ищущими отпущения грехов: старики, набожные женщины, молодые люди, успевшие таки нажить проблем... Солнечные лучи, мягко проникающие сквозь витражи, заливают все помещение расплывчатыми красками: красным, синим, зеленым, малиновым... Слышно пение церковного хора, своими красивыми голосами восславляющего небесные силы. Спертый воздух закрытого помещения наполнен благоговением...
Я открыл глаза и огляделся снова, ища представившуюся картинку: на секунду мне показалось, что вся моя фантазия происходит на самом деле. Но меня окружала совершенно другая красота, красота тихая, крадущаяся, загадочная. Скрывающаяся в своде храма, в тенях, вон там, на той скамье... Я выдохнул и осмотрел себя. На мягком красном ковре, вокруг меня, уже образовалась приличная лужица. Я встряхнул волосами, воровато огляделся по сторонам, думая, снять ли мне противно липнущую футболку... Я никогда не верил в Бога, но все равно думал, не будет ли такой поступок неподобающим. «Ладно, надеюсь, что никто меня так не застанет» — выдохнул я, прошел к первому правому ряду мест, стянул футболку и бросил ее на деревянную поверхность спинки, после чего сам устало рухнул на скамью и, запрокинув голову все на ту же спинку, прикрыл глаза и погрузился в ленивые размышления. «И все же, почему здесь горят свечи?» — гром возмущенно вторил моим мыслям — «Кто-то, наверно, сюда приходит...Может, утром...» — мое воображение тут же нарисовало старичка, сгорбленного под бременем лет, в темных одеждах и с седой бородой до груди, который каждое утро навещает эту красоту, отворяет дверь, вдыхает воздух, до сих пор отдающий ладаном, вздыхает, проводит рукой по резьбе скамей, осматривает святых, а потом методично заменяет истлевшие свечи новыми и зажигает их, возрождая былое величие... Может, даже, это смысл его жизни — ухаживать за заброшенным храмом... Меня прервало ощущение чьего-то присутствия. Как будто кто-то сверлит спину взглядом, неизвестный «сенсор» между лопаток, по крайней мере, намекал именно на это. Я резко обернулся, но увидел лишь скользнувшую тень. «Кто здесь?» — нарочито твердым голосом спросил я. Никто не ответил. Я продолжал разглядывать место, где тень напугала меня. «Это все мое воображение» — отмахнулся я от собственного страха. — «Наверняка просто неровный свет свечи». Я повернулся к бывшей кафедре бывшего папы и онемел.
За кафедрой стояло существо, поражающее своей красотой. Парень с насмешкой разглядывал мое лицо, которое во всех подробностях отражало мою реакцию. Он был высоким, стройным, почти худым, с прекрасной, преисполненной достоинства осанкой, плечи были чуть расслаблены, что явно говорило о том, что мои изучающие взгляды его нисколько не волнуют. Все в нем было донельзя пропорциональным. Высокий лоб, резковато очерченные скулы, тонкий аккуратный подбородок, узкий нос с почти незаметной горбинкой, тонкие ровные, чуть приподнятые в конце брови, миндалевидные полуприкрытые глубокие синие глаза и черные короткие волосы в хаотичном порядке на голове — все это в сочетании с бледной, почти белой сияющей кожей делало его похожим на куклу. Парень приближался ко мне, но я просто не мог оторвать от него взгляд. Движется с кошачьей пластичностью, под его холодным взглядом время словно замедляется... Я замечаю, что чем ближе он подходит, тем реже я дышу. Я глубоко вдохнул и почувствовал тонкий запах ладана и сладковато-дурманящий аромат этого неземного создания. Я был абсолютно убежден, что он не человек. Парень, совершая все движения естественно и в то же время с немыслимой элегантностью, сел рядом со мной и, с лукавым прищуром глаз, одарил меня неестественно ослепительной белозубой улыбкой, обнажившей два длинных хищных клыка. Что-то внутри вздрогнуло и замерло в страхе, но я просто не мог оторвать взгляда.
— Совершенно не обязательно разглядывать меня настолько пристально. — голос вампира был спокойным, холодным и прекрасным настолько, что я не мог понять, что слышу в нем — орган и скрипку или же звон металла. Парень провел языком по клыкам и посмотрел мне в глаза. Его зрачки были узкие, кошачьи. — Я думаю, мне уже не нужно объяснять, кто я. Что же привело тебя сюда?
— Я... Ну, я искал укрытия от дождя... — Голос дрожал, и мой собеседник довольно ухмыльнулся. Я попытался взять себя в руки и с трудом перевел взгляд на большое золотое распятие, подвешенное высоко на стене. Золото, потемневшее от времени, сохраняло ощущение значимости. Вампир придвинулся ближе и деловито скрестил руки на груди.
— Ты действительно планируешь уйти отсюда живым? — он изящно приподнял бровь и следил за каждым мои движением.
— Да что ты мне сделаешь? — глупо отмахнулся я, выдавив из себя довольно нервный смешок. — Подумаешь, клыки у тебя большие... Ну и что? — задал я нелепый вопрос. В правдивость своих слов я и сам не верил. Вампиры... Безжалостные убийцы, питающиеся людской кровью. Об этом можно было прочесть в книгах, посмотреть в фильмах. И этот подсознательный страх сейчас вкрадчиво шептал во мне, а я его не слушал. Сейчас, когда я встретил настоящего вампира, я просто не мог поверить, что такое совершенство способно убивать.
Резкое движение, почти неуловимое для моего зрения — и «безжалостный убийца» схватил меня за запястья и прикоснулся губами к моей шее. Я жадно вдыхал его дурманящий запах и, как завороженный, даже не сопротивлялся. Еще и секунда — и я вскрикнул от жуткой боли. В глазах начало темнеть, мысли смешались, тело переставало слушаться... Я почувствовал, как горячая кровь течет по шее, спускается к плечу, как вампир высасывает мою жизненно важную жидкость, заставляя мучиться от нестерпимой тягучей боли, я начинал терять сознание... Последним, что я помню, были его синие глаза с кошачьими зрачками и хитрая улыбка на тонких бледных губах...
Miyuki-chan [0]
13.06.2010 13:34
Глава 2.

Боль. Первым, что я почувствовал после возвращения сознания была боль. Она крепко сжимала шею, разливалась по телу от нездорового сна на деревянной «постели». «Если болит, значит, жив еще» — выдал я потрясающе оптимистичную мысль. Глаза открывать решительно не хотелось. — «Почему он не убил меня? Решил оставить на потом? Странно, что его могло что-то остановить...» Все события вчерашней ночи начинали казаться мне чем-то иллюзорным, просто страшным сном или галлюцинацией, вызванной переживаниями и, возможно, температурой... Но боль вполне ясно давала понять, что все события были вполне реальными и, ко всему прочему, еще и не имеют никакого логического завершения. Что ж, попробуем расставить все по местам...
Я открыл глаза, и резкий поток света заставил меня зажмуриться. Проморгавшись и привыкнув к свету, я сразу же огляделся в поисках вампира. Впрочем, поиски мои очень быстро увенчались успехом: сидит рядом, спокоен до невозможности. И в той же невозможной степени прекрасен.
— И почему я все еще жив? — вслушиваясь в свою слабую хриплую речь задал я мучивший меня вопрос.
— А ты что, так жаждешь смерти? — усмехнулся вампир. — с добрым утром, для начала. Выглядишь ты немного неважно, но, думаю, скоро оклемаешься. Спал ты долго, так что должен был немного поправить здоровье за это время...
— Ты так и не ответил на мой вопрос! — прервал его я. Он начинал меня раздражать. — Со своим самочувствием я уж как-нибудь сам разберусь...
— Хорошо, не надо так злиться. — взгляд его глаз стал сосредоточенным. — У меня к тебе есть дело. Ты мне нужен. Я уже так долго живу в этом храме и о том, что происходит снаружи слышу только краем уха, когда выбираюсь в близлежащий городок. Согласись, у меня довольно скучная жизнь... А ты можешь помочь мне внести разнообразие.
Признаться честно, я был, мягко говоря, в шоке от такой просьбы. Разнообразить жизнь вампира?! Который еще и пытался лишить меня моей жизни?! Бред сумасшедшего, ей-богу...
— С какой, прости, стати?! Ты меня чуть не убил, а я тебе помогать еще должен?! — я с возмущением вскочил со скамьи, хотя точнее было бы сказать «соскреб себя со скамьи». Одел свою уже сухую футболку и снова обратился взглядом к своему недоубийце. — Это... Это просто неслыханная наглость! Спасибо за ночлег, но я, пожалуй, пойду уже домой...
— А разве я тебе не понравился? Ну, ты же фотограф, как я понял... — вампир вытащил из-под скамьи мой ранец и с вызовом посмотрел мне в глаза. — Я нашел твою сумку не так далеко от храма — обронил, наверно, пока бежал и даже не заметил... Ты такой рассеянный. — ядовито заметил он. — У тебя неплохие снимки, но недостаточно красивые. Они несовершенны. Как насчет того, чтобы фотографировать совершенство вроде меня? Как человек искусства ты просто обязан был оценить мою красоту...Ты мог бы прославиться... На мой взгляд, неплохой получился бы у нас обмен.
«Черт, а он прав. Если бы я мог его фотографировать, на каждом из моих снимков была бы запечатлена потрясающая красота. Упустить такой шанс...» — я не мог решить, стоит ли мне соглашаться. — «А чем его «кормить» в городе? Нельзя же привлекать внимание...»
— Твое предложение звучит заманчиво, но в моем ежедневном рационе отсутствует литр-другой свежей крови, уж прости. — язвительно ответил я и схватил свою сумку.
— Ну, знаешь, меня бы устроила и твоя кровь... Я, так и быть, потерплю однообразие в питании, к тому же, твоя кровь очень даже неплоха... На красное вино похожа.
— Лучше б уж ты пил красное вино и был вечно пьян. — я демонстративно закатил глаза. — Ладно, договорились. Работа гидом и донором в обмен на работу моделью. Пошли уже.
Вампир поднялся с места и последовал за мной к выходу. Я оглянулся и увидел печальные лики святых, освещенные солнцем. Разноцветные лучи плавно скользили по поверхностям фресок, и казалось, будто изображения живые и обращаются ко мне. «Простите, искусство требует жертв...» — подумал я и открыл двери, расставшись с запахом ладана и ушедшей ночью навсегда.
Miyuki-chan [0]
13.06.2010 13:34
Глава 3.

Мы вышли из храма, и я замер, привыкая к свету, беспрепятственно ласкающему кожу. Ветер ласково перебирал волосы, а я шумно вдохнул свежий аромат утра после дождливой ночи. «Все-таки свежий воздух намного лучше искусственных благовоний...» — я лениво потянулся и посмотрел на своего спутника, который все еще жмурился от света. — «Стоп. Вампир. Свет. Неувязочка...»
— Хм, а это ничего, что ты на свет вышел, исчадие ада? — решил я подколоть вампира, и тот оскорбленно сдвинул изящные брови и поджал тонкие губы.
— К твоему сведению, все те сказки, что вы себе выдумали о вампирах, чистейшей воды вымысел. Мы не боимся солнца, мы просто любим тьму, потому что она благосклоннее к таким существам, как мы, и помогает сохранять нам загадку. Про шутки с чесноком забудь сразу — мы боимся его ровно в той же мере, что и люди. — он презрительно фыркнул — очевидно, сходство с простыми смертными не очень-то доставляет ему удовольствие. — Крестов мы тоже не боимся.
— А крестов-то почему? Вера же, Бог... — я потянул свою фотомодель за рукав, чтобы двинуться наконец в путь и в ближайшем городе поймать такси.
— Вера — это всего лишь то, с чем вам, людям, проще жить. Если отнять у вас веру, вы же сойдете с ума. Вернее, сначала поддадитесь своим желаниям, а потом сами себя уничтожите. Редко кто может жить без веры — все надеются на Великого Пастуха, который бы следил за этим миром. Но, по сути, ведь бог в вашем представлении — это сверхчеловек, верно? — я кивнул, надеясь услышать продолжение. — В таком случае, вампиры — боги. Потому что мы совершеннее вас. Потому что мы лучше вас. Скажешь, я не прав? — мне очень нравилось слушать его голос. Каждое слово для меня было как нота, а фраза — мелодия.
— Да у тебя мания величия! — я усмехнулся. — Но, думаю, ты прав. По крайней мере, логично. Кстати, ведь мы же даже имен друг друга не знаем... Я — Мишель.
— Себастьян... — флегматично отозвался вампир, уже вышагивая впереди меня по направлению к собранию желтых такси.
Пока я забирался в машину, Себастьян следил за каждым моим движением, хотя, на мой взгляд, я ничего необычного и не делал: поздоровался с таксистом, спросил цену поездки, пихнул вампира на заднее сиденье, а сам сел вперед. «Ну, для меня необычным является только сопровождение вампира, да» — отметил я и достал из рюкзака мобильник, мирно молчавший, ибо был предварительно выключен. Стоило нажать кнопку включения, и на экране появилось море уведомлений о пропущенных звонках. «Ну надо же, таки меня искали...» — фыркнул я.
— А что это? — казалось, что Себастьян, с искренне детским интересом разглядывавший мой телефон, вот-вот перелезет ко мне на сиденье. Я толкнул его на место, но внимание водителя было привлечено более, чем достаточно. И тут я осмотрел наконец одежду моего вампира... Да, туго накрахмаленная рубашка, кожаная куртка с заклепками, стопроцентно любезно «одолженная» у одной из жертв, лаковые туфли и потертые брюки не только плохо сочетались, но и вообще мало походили на одежду современного парня. Не говоря уж о современном городском парне.
— Это... Ну, это телефон. Я тебе потом объясню, ладно? — я повернулся к водителю. — Это мой двоюродный брат, он же деревенский, видите, как нарядили в честь переезда в город... Буду ему большой мир показывать! — я улыбнулся, и водитель понимающе кивнул. И слава богу, что поверил. Хотя, судя по тому, как Себа на меня посмотрел, он мне вместо водителя выскажет все, что думает по поводу «двоюродного брата» и «деревенского». Но город, возникший за окнами автомобиля, уже отвлек его внимание. Мимо пролетали широкие улицы, пестрели витрины магазинов. Многоэтажки, собранные архитекторами из стекла и блестящего металла, подпирали небо. Люди, разноцветные и разные, смешивались толпой и разбредались поодиночке по своим делам, торопились, говорили по телефону, кто-то заходил в магазин, а некоторые сидели в кафе и задумчиво помешивали сливки в своем кофе... Да, пожалуй, я люблю города. В них проще всего спрятаться. Тут так много людей, занятых каждый своим, что никто не успевает заметить ни отсутствия, ни присутствия чего-либо. В городе вообще трудно уследить за тем, о чем не сообщают по телевизору, радио или Интернету.
За своими размышлениями о городе я и не заметил, как, преодолев несколько поворотов, мы подъехали к очередному небоскребу — к моему дому. Мы вышли из такси и я расплатился с водителем, после чего по-джентльменски отворил для своей фотомодели дверь:
— Вылезай. Перед тобой мой мир. Будешь вникать в жизнь своих подопечных, мистер Бог. — я схватил Себастьяна за запястье и потащил за собой, ибо тот мог стоять на месте еще долго, оглушенный потоками звуков города: музыкой из ближайшего ресторанчика, шума, издаваемого автомобилями, и морем слов от людей, все еще разбегающихся по своим делам... Но любоваться звуками городских джунглей я ему не позволил, а как можно быстрее повел вампира через холл к лифту. «Все же надо дать ему немного адаптироваться, привыкнуть, многое объяснить, переодеть его, наконец... Какого черта я так о нем беспокоюсь?!» — я изрядно нервничал. — «Ну да, смотал из города никому ничего не объяснив, провел ночь в храме, стал жертвой вампира, да еще и заключил с ним договор и потащил его с собой в город... Какой-то сплошной сумбурный бред. Надо успокоиться» — с такими мыслями я добрался вместе с малость ошарашенным Себастьяном до квартиры, выудил из кармана ключи и, отворив дверь и пихнув вампира вперед, зашел в родной коридор.
Я люблю свою квартиру. Ее подарил мне отец, когда я решил жить один; квартира стала последним его подарком, ибо больше я с семьей не связывался, даже по праздникам. Мои родители считают себя аристократами и обожают напыщенную роскошь во всем. Я же всегда стремился видеть другие стороны жизни, меня мало привлекали мысли о материальном положении. Возможно, это как раз по тому, что у меня не было необходимости задумываться о деньгах. Тем не менее, квартира моя была далеко не из дешевых, просторные комнаты не были оформлены по дизайнерским проектам, но мебель и техника были именно такими, каких я желал. Да я бы и не позволил кому-то другому оформлять свой дом, потому что это было мое убежище. Место, где я мог укрыться от всего и всех.
Солнце врывалось сквозь стеклянную стену, и мне вспомнился храм с его цветными витражами и разноцветными лучами, проникающими сквозь них. «Ну, можно сказать, это мой персональный храм» -мысленно усмехнулся я.
— Что, красивый вид? — обратился я к Себастьяну, который буквально прилип к моему своеобразному окну во всю стену. Внизу сновали крошечные люди, мелькали автомобили... Все это я видел уже столько раз, что от этого вида выворачивало наизнанку.
— Ага. Если все такое маленькое, высоко же мы сейчас... — задумчиво изрек вампир.
— Умен не по годам, нечего сказать. — среагировал я и потянул за незаметную веревку, от чего город с тихим шелестом исчез за плотными шторами насыщенного бардового оттенка, и комната погрузилась в темноту. Я включил пару бра, источавших приглушенный свет, и устало повалился на диван, черная кожа которого недовольно скрипнула от неожиданного натиска. — Располагайся, будь как дома. — любезно предложил я.
— Может ты сначала мне хоть покажешь весь дом? — Себастьян скрестил руки на груди, а выражение его лица ясно давало понять, что вопрос был сугубо риторический, и мне нужно немедленно продемонстрировать ему всю квартиру. Желательно бегом и с песней.
Спустя десять минут мой вампир уже обладал необходимым минимумом информации для самостоятельного проживания в течение нескольких часов. Я взглянул на время — половина четвертого. Отлично, надо прилечь на пару часов... «А вечером займусь стилем своей модели, и выберемся таки прогуляться по городу» — решил я и провалился в мир сновидений...
Проснулся я от грохота на кухне и резкого запаха гари. Наверное, я побил свой личный рекорд, ибо за такое короткое время я до кухни еще не добирался.
— Картина маслом... — только и смог выдать я. Посреди кухни Себастьян, судя по черным пятнам на лице, «раненый» в бою, отмахивался от тостера, который возмущенно извергал клубы дыма.
— Ну и зачем ты к тостеру-то полез? — еле сдерживая смех, спросил я, тем временем выключая разбушевавшуюся технику. — Я же тебя предупреждал, чтоб ты на кухню не совался. — Я таки не смог сдержать улыбки.
— А чего он дымом плюется?! — гордость Себастьяна была явно уязвлена. Он провел ладонью по лицу, отчего грязь только сильнее размазалась. Поразительно, как он может оставаться элегантным в таких нелепых ситуациях... И таким красивым. «Но грязным» — усмехнулся я.
— Марш в ванную, горе-повар... — я проводил его до ванной, объяснил, что там до как, а сам отправился на кухню, по пути выкрикнув вампиру самое главное. — Красная ручка — это горячая вода!
— Ну, если не расслышал, поймет сам. — выдохнул я и забрался на барный стул. На стойке одиноко лежала открытая пачка сигарет, скромно напоминая о моей вредной привычке. Выудив из выдвижного ящика зажигалку, я наконец отдал дань своей привычке, распуская сети из дыма. Серые ленты скользили в пространстве, плавно меняя форму, и я снова и снова выпускал это волшебство из своих легких. Мое развлечение прервал телефонный звонок. Я достал из кармана джинсов нарушитель спокойствия, на дисплее которого высвечивалось имя абонента: «Джулия».
— Да? — ответил я, нажав зеленую кнопку, и услышал высокий голос Джулии.
— Привет! Ты куда пропал вчера, Мишель? Я тебе раз пять звонила, а у тебя телефон был отключен... — говорила она как и всегда быстро и, судя по голосу, сейчас она была взволнована.
— Да. прости, что не перезвонил... Я на природу ездил, хотел побыть в одиночестве, потому и не сказал ничего... Еще раз прости. — «Нет, ну изначально же и планировалось побыть в одиночестве. Это потом я уже притащил с собой парня.» — мелькнула ироничная мысль.
— Хорошо... Придешь сегодня в клуб? И не говори мне нет! После твоего внезапного исчезновения ты просто обязан искупить свою вину передо мной! — девушка рассмеялась.
— Да, приду. Я возьму с собой друга, ладно? Во сколько нам нужно быть на месте?
— Друга? Ладно, бери. К девяти приезжайте, буду ждать! — звонко прозвучал ее голос, после чего она повесила трубку. Еще несколько секунд я просто слушал гудки, которые, как мне показалось, были естественным звуком.
В гостиную прошел Себастьян. Я бы даже сказал, продефилировал, потому что двигается он невероятно грациозно. Спокойный взгляд холодных синих глаз действует на сердце словно прикосновение льдом, но лед этот тает от вида его тонких черт лица, растрепанных мокрых волос, чернота которых резко контрастирует с белым полотенцем, которым он их вытирает, от вида его обнаженного торса с идеальной бледной, матово-белой кожей. Я не шевелюсь и, кажется, почти не дышу, совсем как тогда, при нашей первой встрече. Даже сидя на кухне мне казалось, что я ощущаю его запах: тонкий, но дурманящий, проникающий куда-то вглубь, отпечатывающийся в памяти навсегда. Я пытался запечатлеть в памяти каждую его черту, потому что у меня появился страх вдруг потерять Себастьяна. Отпустить куда-то, не удержать и потерять. «Камера. Именно сейчас я должен его сфотографировать.» — подумал я и поспешно слез с насиженного места, порылся в рюкзаке и, достав свою любимую камеру, направил объектив на вампира.
— Что ты делаешь? Разве нормально фотографировать меня, когда на мне нет хотя бы рубашки? Только эти... Джинсы, да? — он приподнял одну бровь, и я, во время его речи настраивавший опции съемки, сделал первый снимок.
— Очень даже нормально. Сейчас ты особенно красивый. — я сделал этот комплимент как фотограф. По крайней мере, мне хотелось в это верить, хотя неровно отбивающее свой ритм сердце говорило несколько о другом.
— Ну, и что там видно? — Себастьян наклонился ко мне, а я таращился на фотографию. Я настроил все опции идеально. Хоть фотоаппарат был уже не совсем новым, но он был высокого качества, я разбирался в нем, как никто другой. И в момент, когда я нажал на кнопку съемки, вампир в кадрах выглядел великолепно, четко, красочно. Но теперь я вижу расплывчатый снимок, на котором была видна лишь окружающая обстановка, но сам вампир отображался лишь размытым пятном.
— Это что, таки ваши вампирские штучки, да? А-ля в зеркале не отражаемся, на снимках не появляемся? — только и смог выдать я. Поверить в то, что я сам что-то сделал не так, я просто не мог.
— Ну, почему же сразу вампирские... В зеркале я отражаюсь, ты сам в ванной видел. Просто... Ты никогда не слышал легенду о том, что фотографии крадут душу? Сам подумай, для того, чтобы душу украсть, она как минимум должна быть в наличии изначально. — Себастьян усмехнулся, словно объяснял ребенку очевидные вещи. Впрочем, сегодня я тоже успел выдать усмешки подобного содержания. — А какая душа может быть у вампира? Практически никакой. Отсюда и качество снимка.
— Но это же тогда просто обман! Как ты можешь работать моделью, если так получаешься на снимках?! — я был, мягко говоря, возмущен.
Себастьян прижал палец к моим губам, заставляя замолчать. Я изумленно смотрел ему в глаза.
— А ты верни мне душу. — он усмехнулся и выпрямился. — Если бы ты не мог это сделать, я бы и не пошел с тобой.
«Так значит, для него не разнообразие в жизни было нужно? Он хочет, чтобы я вернул ему душу? Но как?» — множество вопросов образовалось в моих мыслях, Однако сейчас я не хотел отклоняться от намеченного курса, да и развлекать вампира все же намного проще, чем загадочным образом пытаться вернуть ему душу. Я вздохнул и бросил фотоаппарат на диван. Судя по всему, камера мне еще долго не понадобится.
— Ладно, пойдем собираться. — я прошел в спальню к шкафу с одеждой и занялся поисками чего-нибудь подходящего. Спустя три минуты раскопок недр шкафа я нашел Себастьяну к джинсам черную атласную рубашку, и черные узкие брюки с тонким белым свитером для себя. Блестящая черная ткань очень шла вампиру, да и он сам это заметил, судя по самодовольной ухмылке в уголках тонких губ. Я тоже посмотрел на себя в зеркало.

«Ты такой красивый. Не понимаю, как ты можешь это игнорировать? Хотя, вы, люди, вообще странные. А мне очень нравится твой образ, от которого так и веет теплом, — не то, что от меня. У тебя необыкновенные глаза: крупные, обрамленные черными густыми ресницами, как у девушки, цвет радужки — по-змеиному желтый. Говорят, люди с глазами такого цвета необычны — теперь, встретив тебя, я в это верю. Каштановые волосы до середины шеи, лежащие крупными прядями, неровной челкой закрывают лоб. Аккуратные брови , чуть сдвинутые вместе, создают впечатление, что ты все время о чем-то думаешь, но это не очень вяжется со впечатлением от наивных глаз цвета насыщенного элитного виски. Узкий, самую малость вздернутый вверх нос, кожа цвета топленого молока вселяют в меня ощущение, что ты, так неожиданно появившийся в моей жизни, всегда в ней был. Искусанные, видимо, во время раздумий, губы изогнуты в ироничной ухмылке. От тебя пахнет сиренью и еще какой-то свежей ноткой — несмотря на то, что я не могу в точности опознать этот запах, я никогда его уже не забуду. Сам же ты очень хрупкого, болезненного телосложения, отчего кажешься младше. У меня, сильного, холодного вампира, которому чувства не особо свойственны, невольно появляется желание тебя уберечь от внешних невзгод, сохранить это твое тепло. Но такое впечатление о тебе крайне обманчиво — ты вполне можешь за себя постоять и сыграть в сильного, укрыв то, что тревожит тебя по-настоящему, внутри. По крайней мере, таким я вижу тебя за время нашего недолгого знакомства, Мишель»

«Ну, вроде бы неплохо выгляжу» — подумал я и повернулся к Себастьяну:
— Ну что, пойдем покорять ночь! — я направился к выходу, и вампир, усмехнувшись то ли мне, то ли каким-то своим мыслям, последовал за мной. Захватив попутно бумажник и телефон и разложив это добро по карманам брюк, я выключил в комнатах свет и, галантно пропустив свою модель вперед, вышел из квартиры.
Выйдя на улицу, мы быстро поймали одно из такси, которые любили находиться рядом с высотками (видимо, по представлениям таксистов, в них живут люди, которым вечно куда-то надо — и в этом, отчасти, была правда), и я, усевшись на переднее сидение, задал направление:
— До клуба «Неоновые грани», пожалуйста.
Miyuki-chan [0]
13.06.2010 13:35
Глава 4.

Обстановка на улицах уже коренным образом изменилась. Дневную суету сменило вечернее расслабление. Терпкий ночной воздух наполнял салон такси сквозь приоткрытое окно, вместе с ним доносились звуки проносящейся мимо громкой музыки. Яркие огни, свет фар, разноцветное сияние вывесок увеселительных заведений образовывали режущий глаза танец в ночной темноте. По тротуарам уже не спешили на работу люди, одетые в офисную одежду и несущие какие-то документы в своих папках и портфелях, но шли девушки, одетые с иголочки, сверкающие и смеющиеся в предвкушении этого вечера, — мне казалось, я даже сидя в машине ощущал запах косметики и дорогих духов; и шли юноши, уверенные в себе, готовые к развлечениям, в модных нарядах, одетых нарочито небрежно. Все это неслось мимо, все торопилось навстречу ночи и ее бешеному ритму.
Довольно скоро мы прибыли к модному клубу, крупная, переливающаяся разными цветами неоновая вывеска которого гласила: «Неоновые грани». Я расплатился с таксистом и, иногда оборачиваясь, дабы проследить, следует ли за мной Себастьян, протискивался сквозь толпу у входа. Множество молодых людей пытались пройти в один из крупнейших и известнейших клубов мегаполиса. Представ перед фэйс-контролем, я тут же был пропущен, ибо я был завсегдатаем этого клуба благодаря Джулии. Схватив вампира за рукав атласной рубашки я громко предупредил «Он со мной!», и проник вместе с ним в клуб.
Резкие звуки ворвались в уши, отдаваясь четкими ритмами по барабанным перепонкам, лишь спустя несколько секунд можно было услышать гул голосов и смеха. Мгла накрыла с головой, но уже в следующие мгновения черноту рвали в клочья нити ослепительного света разных цветов, вспышки и отблески. Несмотря на то, что этот клуб я посещал часто, мне все равно нужно было время, чтобы привыкнуть и к лазерному свету, и к пробивающей тело насквозь волне музыки, поэтому я боялся даже представить состояние вампира, попавшего в такую обстановку, и схватил его за запястье, дабы тот не потерялся среди развлекающихся людей. Наконец я увидел знакомый столик и сидящую на обитом красным бархатом диване девушку.
— Привет, Джулия, вот и мы! — я наклонился к ней и поцеловал в обиженно надутые губы, после чего устало рухнул на диван. — Это Себастьян, мой друг, о котором я тебе говорил.
— Очень рад знакомству, — вампир церемонно коснулся губами тыльной стороны ладони Джулии, отчего та удивленно вскинула брови вверх и смущенно улыбнулась. Я скривил губы от этого напыщенного жеста, который казался мне слишком устаревшим... Или потому, что этот жест был обращен к Джулии? Мой названный друг сел рядом на диван и немного огляделся по сторонам, а я обратил свое внимание на девушку, которая вот уже два года наполняет мою жизнь.
Джулия всегда ассоциировалась у меня с солнцем. У нее рыжие вьющиеся волосы до пояса, которые делают ее похожей на лесную нимфу. Широко распахнутые круглые глаза были очень темными, почти черными, и ловили все блики, — такие глаза так и хочется назвать не иначе, как «очи». Вся она была очень миниатюрной — аккуратный овал лица с небольшими милыми веснушками на щеках, длинная шея, украшенная дорогими аксессуарами, маленький, прямой, словно очерченный по линейке, нос, невысокий рост и изящная легкая комплекция длинных стройных ног и узкой талии. У нее всегда был безупречный макияж, ее одежда всегда была безукоризненно стильной. От этой девушки, которая сияла, улыбка которой завораживала, исходила невероятная энергия, которая позволяла мне преодолевать трудности на протяжении всего нашего с ней знакомства, и я уже не мог представить, как жил до нее. Я безусловно любил ее... Но как сестру. Она тоже уже это понимала, но никогда не заговаривала об этом. Мы были лучшими друзьями, были как брат с сестрой — и нас обоих это устраивало.
Себастьян иногда равнодушно осматривался — он, как и всегда, умело держал свои эмоции при себе, хотя при мне, видимо, как при жертве, в этом свойстве необходимости не было; — танцевали преимущественно девушки, похожие скорее не на светских львиц, а на грациозных пантер; парни по большей части сидели за барной стойкой, поглощая коктейли и наблюдая за танцплощадкой, и лишь некоторые из них уже присоединились к соблазнительным девушкам; некоторые вели беседы за столиками под красивые алкогольные напитки разных цветов — бармены были настоящими профи.
— Так почему ты исчез из города, ничего мне не сказав? — Джулия сделала небольшой глоток через трубочку своего темно-кровавого оттенка коктейля «Сангрия» и взглянула мне в глаза так, словно хотела увидеть ответ в них.
— Я же тебе объяснял, я должен был побыть один... И встретил Себастьяна, с которым мы довольно быстро подружились, и я хотел показать ему этот клуб... Ладно, я схожу за напитками, тебе еще взять, Джулия? — я говорил быстро, нарочно уводя разговор в сторону.
— Нет, у меня еще есть. — она лукаво улыбнулась, явно не удовлетворенная моим уклончивым ответом, но разговор продолжать не стала, и я быстро улизнул к барной стойке.
Я заказал две «Кубы Либре»: себе и Себастьяну. Но прежде всего себе, потому что ром должен был помочь мне избавиться от тяжелых мыслей. Когда я вел вампира в «Неоновые грани», я не задумывался о том, что могу чувствовать ревность. «Ревность ли? Он очень красивый, выглядит богато и самоуверенно, ведь и не подумаешь, что он впервые в подобном заведении. А вокруг столько красивых девушек, включая Джулию. Хотя я знаю, что для нее свобода сейчас прежде всего, даже она сейчас кажется мне угрозой. Интересно, о чем они там разговаривают?» — я шумно вздохнул, и, заметив, что бармен готов выслушать мои жалобные речи, улыбнулся ему, мол, все в порядке, взял коктейли и направился к столику. Джулия и Себастьян о чем-то непринужденно беседовали, девушка иногда смеялась, а вампир улыбался своей обольстительной улыбкой. «Очевидно, в темноте его нечеловеческие особенности не так заметны, и это мне на руку» — подумал я, поставил бокалы на прозрачный стеклянный стол и сел рядом с Джулией.
— А вот и я! — я улыбнулся как можно более естественно, дабы мое настроение не было заметно. — О чем говорили?
— Твой друг такой забавный! — воскликнула Джулия и, взглянув на вампира, рассмеялась.
— Я рад, что вы поладили, дорогая. — я приобнял Джулию за талию, а потом сделал глоток из своего бокала. Девушка не сопротивлялась: она знала, что иногда мне нужно самоутвердиться, а строить отношения с кем-либо я не особо любил в виду своего не совсем простого характера. Поэтому она, повернувшись ко мне, подмигнула мне с томным движением длинных ресниц, и я мог быть уверен, что она мне подыграет. Себастьян спокойно поднес бокал к губам, и темная жидкость «Кубы» безумно красиво контрастировала с его почти белыми, бескровными губами, в уголках которых была усмешка.
Довольно скоро алкоголь на меня подействовал, мысли смешались, но на душе стало беззаботно и легко. Я танцевал с Джулией под светом неоновых вспышек, брал новые порции коктейлей, ловил реакции Себастьяна, вдыхал сигаретный дым, становилось душно, я больше ни о чем не задумывался и даже не осознавал, сколько прошло времени...
Неожиданно я почувствовал, как меня окатил холодный воздух улицы, вместо музыки был слышен только шорох шин по трассе, а все вокруг было, словно в тумане. На этом фоне возник обеспокоенный голос Джулии.
— Я еще не помню, чтобы он так много выпивал... Ему срочно надо домой... — она гладила меня по волосам.
— Я провожу его. — уверенный и мелодичный голос Себастьяна проник сквозь пелену моего опьянения следом за голосом девушки.
— Хорошо... Пусть позвонит мне, когда придет в норму.
— Непременно.
Меня посадили на заднее сиденье автомобиля, Себастьян сел рядом, придерживая меня за плечи. Пригревшись и почувствовав какой-то внутренний покой рядом с вампиром, я погрузился в дрему, сквозь которую, как мне казалось, слышал его дыхание. Через неопределенное время Себастьян разбудил меня и помог выбраться из автомобиля, после чего расплатился, судя по всему, моими же деньгами с таксистом. Я чувствовал себя уже намного лучше, но в голове страшно шумело. В наполовину сознательном состоянии с помощью вампира я добрался до квартиры и, дрожащими руками повернув ключ в замочной скважине, открыл дверь, после чего эффектно ввалился внутрь. Я прислонился к стене коридора, мысли и вспоминания об этом вечере все более настойчиво разрывали паутину, сотканную алкоголем. Только сейчас я обратил внимание на Себастьяна. Тот стоял напротив, скрестив руки на груди и молчал. Его лицо было то ли строгим, то ли серьезным — я так и не научился разбираться в состояниях вампира по выражению его лица. Губы поджаты, взгляд из-под полуприкрытых век сосредоточенный, брови изогнуты по направлению друг к другу. От его взгляда мне стало не по себе: он сейчас более всего походил на взгляд хищника, и его по-кошачьи тонкие зрачки усиливали этот эффект.
— В чем дело? — я с большим усилием заставил себя посмотреть ему в глаза. Мой голос невольно задрожал.
— А ты не понимаешь, да? — вампир ответил сухо, сдержанно, но я услышал в его интонации нарастающую злость.
— Ну, я напился сильно, виноват... Но это же не повод читать мне нотации! — возмущение накрыло меня скорее даже от непонимания, за что он на меня злится.
— Кто она?! Кто эта девушка?! — резкий голос Себастьяна был похож на взрыв. Все его лицо переменилось и наполнилось яростью. Он прижал меня к стене и крепко держал за запястья. Взгляд, казалось, вот-вот убьет меня, прорезав, подобно ножу насквозь. Себастьян тяжело дышал, пряди коротких черных волос упали на лоб; я впервые видел его таким, и такое его состояние вызвало у меня непреодолимый страх.
— Себастьян, почему ты злишься? — я старался говорить мягко и улыбнулся. Но улыбка получилась слишком нервной.
— Я спросил, кто она тебе?! Не смей игнорировать мой вопрос! — он резко отстранился, а потом ударил кулаком стену всего в нескольких сантиметрах от моей головы. Черт, как же страшно... Мое дыхание сбилось, мышцы опорно-двигательного аппарата невольно расслабились и я сполз на пол. «Он убьет меня... Он убьет меня...» — билось в моем сознании в такт бешеному стуку сердца. Себастьян присел на корточки, и наши лица оказались на одном уровне. Он был для меня размытым, очевидно, от страха я перестал четко воспринимать окружающую действительность.
— Прости, я не имел права так пугать тебя.. Но для меня важно знать, кто она тебе. — на последней фразе голос Себастьяна из мягкого и заботливого стал сухим и напряженным.
— Джулия — моя девушка. — признался я, плохо осознавая, что он хочет услышать это меньше всего. Прежде, чем я успел что-либо к этому добавить, он приблизился ко мне вплотную и сжал мои плечи руками с такой силой, что мне показалось, они сейчас с хрустом сломаются.
— Больно... Пусти... — я попытался вывернуться из его хватки, от страха темнело в глазах, а вампир лишь немного уменьшил давление на плечи, но держал крепко, не давая ни шанса вырваться. — Джулия действительно моя девушка, но она мне как сестра, и я люблю ее только в этом отношении. Джулия — мой способ создать иллюзию счастья. — я повысил голос, силясь донести до Себастьяна суть.
— Как сестра? — вампир тут же отпустил мои плечи, и я обмяк, закрыл лицо ладонями и, кажется, заплакал, выпуская страх наружу.
— Да, просто как сестра. Она помогает мне принимать окружающий мир, и я благодарен ей за это, а взамен я провожу время с ней, потому что ей интересно говорить про жизнь и искусство, а с другими парнями редко удается поговорить об этом. Только и всего. — судорожно сжимая ткань свитера, я поднял взгляд на Себастьяна. Он... улыбался?
— Понятно. Все, оказывается, было совсем иначе, чем я себе представил. Но, знаешь, я очень сильно ревновал тебя. Когда мы только встретились, самым большим моим желанием стало, чтобы ты был только моим. Но у тебя есть весь этот огромный мир, а у меня — только мир собственного могущества вампира. И я не знал, как заставить эти миры пересечься и привязать тебя к себе. — я не верил своим ушам: сладкий голос вампира рассказывал мне одну из самых желанных сказок — ту, в которой я сам не хотел себе признаваться — настолько нереальной она была.
Я смотрел в его синие глаза и мне казалось, что нет ничего важнее сейчас, чем он: его взгляд, его лицо, его волосы, его тело, голос, движения. Я нашел то, что так давно искал — смысл себя самого, своего искусства, свою собственную сказку. И был невыносимо счастлив от того, что был тем же самым для него, для самого дорого, так неожиданно ворвавшегося в мою жизнь. И, честно говоря, было совершенно все равно, кто он — кем бы ни был...
— Ты мне очень нужен. — выдохнул я, а в моих глазах слезы страха сменились слезами облегчения и такой чистой, светлой радости, что Себастьян улыбнулся мне в ответ и прошептал на ухо: «Ты тоже нужен мне».
Мне казалось, что мы представляли собой две разные стихии — вот только непонятно было, кто и какую. Поцелуи его холодных губ были страстными и пылкими, а моих теплых — нежными и аккуратными. Его прикосновения властные, мои — робкие. Но обоим это нравилось. Это не было пошлым и грязным — как может называться таковым то, что происходит между двумя любящими людьми? На мой взгляд, это самое светлое, что только может быть, и не важно, какого пола люди, если они любят друг друга, если все это не напоказ. Перехватывает дыхание, и все тело, будто в огне, а холод его тела вносит только дополнительные приятные ощущения. Я глажу и целую его — любимого, родного. Сейчас нас связывает не только любовь, но и эта эйфория: дикая, разная, накрывающая с головой, словно волна. По телу словно разряд тока — и его движения становятся все грубее, а мои — все ласковее. Еще секунда — и сил больше нет, несколько мгновений жаркого безумия, а потом шумно восстанавливаем дыхание. Только ты рядом со мной, и я рядом с тобой — разве еще что-то нужно?
Ты улыбаешься, а я неожиданно выныриваю из твоих объятий. Ты вопросительно вскидываешь свои тонкие черные брови, но я, бросив «Я сейчас!», уже направился в гостиную. Через минуту я вернулся с камерой и направил объектив на тебя. Раздался звук затвора.
На фотографии парень неописуемой красоты. Идеальная, сияющая фарфоровая кожа контрастирует с блестящим темно-синим шелком постельного белья. Загадочная, чуть насмешливая улыбка, открывающая белоснежные зубы, и два выделяющихся клыка в том числе, расслабленные плечи, завораживающее и властное выражение сапфировых глаз — самый идеальный хищник. Самый идеальный бог и демон.
— А я таки смог вернуть тебе душу! — улыбаясь, сказал я, и лег рядом со вампиром, показывая ему снимок. Себастьян улыбнулся в ответ, лукаво щурясь, и коснулся клыками моей шеи.
[Поиск]
[В форум]